Мой самый первый бисер. Что-то типа воспопминания


Любовь с бусинами началась у меня очень давно, в глубоком детстве, лет в шесть, я думаю. Мне каким-то образом перепало некоторое количество шарообразных стеклянных бусин, которых я немедля одушевила. Были белые и голубые непрозрачные бусины диаметром порядка 7 мм. Голубые стали мужчинами, белые — женщинами. Потом были ещё блёкло-розовые, совсем матовые, помельче, около полусантиметра в диаметре, эти стали девочками. А самые забавные, мелкие, миллиметра три в диаметре, чёрные с жёлто-зелёными чёрточками, стали, конечно, мальчишками. У них был свой город, многоквартирные дома (подложка для шоколадных конфет от конфет в коробке), были маленькие индивидуальные спаленки (блистеры от таблеток), я катала моих бусо-человеков на малюсенькой зелёной легковой машинке, которую тырила у старшей сестры и выгуливала в парке-тоннеле, сделанном из синтетической мочалки для посуды. Играла я в них несколько лет. Но как материал для плетения не воспринимала, разумеется. Как можно проткнуть иголкой живого человека, даже если он выглядит, как бусина?
Потом мы с мамой распускали её красивые пёстрые многоцветные и многониточные чешские бусы и делали из них цветочки-цепочки, но это был не мой бисер, а наш общий, больше мамин, нежели мой.
И вот однажды, мне было лет одиннадцать-двенадцать, сестра моя привезла мне из Якутии, где она была в геологической экспедиции (у меня все старшие в семье — геологи: мама, папа, сестра. Такая эпидемия), три роскошных пятидесятиграммовых пакетика чешского бисера: вишнёвый, тёмно-красный и ярко-алый. Это был королевский подарок. Невероятно щедрое проявление сестринской любви. Безумное счастье. Такая куча бисера — и всё моё! Мы с мамой довольно оригинально этим бисером распорядились: нанизывали его на длинную-предлинную медную проволоку, а потом этой проволокой с бисером обвивали длинный карандаш. Получалась такая спираль, из коей мы делали браслеты. Конечно, при любом неосторожном движении эта ничем незакреплённая спираль распрямлялась и провисала. Но зато были часы совместного с мамой творчества, которые навсегда остались со мной.
Был, конечно, и бисер Клинской Лыжной Фабрики. Думаю, те, кто, как и я, плетёт с прошлого тысячелетия, его вспомнят. Как не сказать о нём, родимом, несколько тёплых слов. Он был фееричен. Пакетики бумажные, зачастую из клетчатой тетрадной бумаги, название цвета нанесено печаткой синими или чёрными чернилами. Цвета: красный, жёлтый, зелёный, синий, фиолетовый, чёрный. Потом ещё дико розовый появился. Возможно, был оранжевый, врать не стану. Стоимость пакетика — 20 копеек, вместимость, думаю, грамм тридцать. Что было прекрасно в этом бисере, кроме того, что его можно было купить в ближайшей галантерее (о, галантерея, скопище детских мечт! Сколько там всего было: заколки, игрушки (несбывшаяся моя мечта, олимпийский мишка за девять рублей) пластиковые солдатики, большая булавка с прозрачным синим стёклышком-подвеской, норковый крем для мамы и бисер, клинской лыжной фабрики бисер в бумажных пакетиках)? Все бисерины в пакете были разной форы и размера. В некоторых не было дырок, что делало их похожими на драгоценные камни. Он линял от света, воды и прикосновений. На этом была построена система получения нескольких оттенков бисера из одного пакетика. Преподавательница на бисерных курсах в 1991 году, Людмила Станиславовна Володина, учила нас так: часть фиолетового бисера варим с содой пять минут, часть — десять, а часть оставляем так. Чем дольше варишь, тем светлее становится бисер. Получаются три оттенка, из которых можно сделать прекрасную, очень живую веточку сирени.
А ещё однажды, когда я была классе в десятом или одиннадцатом, папа привёз мне из Чехии огромный, 960-граммовый пакет крупного (думаю, между №8 и №10) бисера, где были смешаны цветов десять: белый, чёрный, фиолетовый, синий, голубой, светло-зелёный, тёмно-зелёный, жёлтый, оранжевый, красный, бледно-сиреневый. Я валялась в постели и разбирала бисер по цветам несколько дней. Делалось это так: пригоршня бисера высыпалась на одеяло, ладонью отгребались дорожки разных цветов. потом разобранные цвета куда-то пересыпались, в какие-то коробочки, не помню…
И ещё как-то папа привёз мне из Чехии же (может, в тот же раз?) пакетик золотистого стекляруса. Я из него потом сваяла самый неудачный в моей жизни воротник. Но о воротнике в другой раз.
А помнит ли кто-нибудь из вас Харьковский бисер? Вполне пристойный, кстати, бисер был. Непрозрачный, крупный, порядка чешского №10, иногда с перламутровым налётом, в толстых пластиковых пакетах. В Москве этот бисер можно было достать у двух индейцев, Игоря и Олега, кажется. Индейцы они не по происхождению, а по мировосприятию. Была у них целая тусовка местных русских псевдо-индейцев, изучали индейскую культуру (не спросила я тогда, каких именно племён, ибо серая была и нелюбопытная), устраивали индейские фестивали, расшивали этим самым харьковским бисером индескими орнаментами одежду и мокасины.

А самый последний первый бисер случился у меня так. Был у нас такой друг семьи Коля, жил через пару улиц от нас. А в Колином подъезде жил афганец Аман, который, как выяснилось, совладел с товарищем небольшой фирмочкой, торговавшей чешским бисером оптом. И что-то у них с фирмой не заладилось, они решили распродать остатки. И не так уж этих остатков много было — тонны две-три где-то. В общем, Коля нас к нему привёз домой. Я вошла в большую комнату, и обмерла. У меня было ощущение даже не как у Достойного и скромного Али-Бабы, а как у его брата Хасана: я всё хочу, мне всё здесь надо! Вся комната (пол, диван, кресла) была выложена пакетами с бисером и стеклярусом. Небольшими, по 50 грамм, но сколько их было разных! А у мебельной стенки грудой самоцветов переливались 360-граммовые пакеты гранёных бусин. Оооооо… Много часов я провела у него. И не единожды мы приезжали. Коля отвозил нас домой на своём жигулёнке, ибо в руках не унести было столько, сколько мы нахапывали за раз. Думаю, через мои руки прошло (было куплено и потом перепродано другим жаждущим) центнера три-четыре бисера, стекляруса и гранёных бусин. Многое из этого живёт у меня и посейчас, здоровые банки белого, чёрного, красного, серебряного и золотого стекляруса, например.

+4
0

6 комментариев

Персиваль (Светлана)
23.05.2016 15:55
0
Как же Вы, Катенька, хорошо излагаете! Совершенно ничего не понимаю в бисероплетении, бисеровышивании и прочем «бисеро-» и никогда этим не увлекалась. Не мое. Но с каким интересом прочитала этот Ваш экскурс в прошлое. Спасибо. Кстати, у меня в родне тоже немало геологов: папа, зять, племянница, свекор и свекровь сестры. Мама, хотя и химик, но всю жизнь проработала в геологии. Да и моя трудовая деятельность начиналась тоже в этой отрасли. Удачи!
Екатерина Костинская (Екатерина) Автор
23.05.2016 16:24
0
Спасибо, Светлана!
tajana (Татьяна)
24.05.2016 01:50
0
Харьковский бисер не знаю, но последний абзац из этого рассказа — ожил перед глазами, как кино!
Екатерина Костинская (Екатерина) Автор
24.05.2016 02:03
0
:)
tajana (Татьяна)
24.05.2016 02:09
0
Ну — да, и конечно же Галантерея — про детские мечты — тоже согласна!!!
Екатерина Костинская (Екатерина) Автор
24.05.2016 02:17
0
О да.