Войти Зарегистрироваться Поиск
Бабушкин сундучокБисерБолталкаИстории из нашей жизниЖизнь Замечательных ЛюдейЗнакомимсяИнтересные идеи для вдохновенияИстории в картинкахНаши коллекцииКулинарияМамин праздникПоздравленияПомощь детям сердцем и рукамиНовости сайтаРазговоры на любые темыСад и огородЮморВышивкаВаляниеВязание спицамиВязание крючкомДекорДекупажДетское творчествоКартинки для творчестваКонкурсыМир игрушкиМыловарениеНаши встречиНовая жизнь старых вещейНовый годОбмен подаркамиПрочие виды рукоделияРабота с бумагойРукодельный магазинчикСвит-дизайнШитье

"Тяготы домохозяйства". А.Райн (часть первая)

Мария (Mariya)
Мария (Mariya)
2023-11-10 09:43:03
Рейтинг: 12056
Комментариев: 452
Топиков: 437
На сайте с: 17.06.2021
Подписаться

Катя и Паша искали домработницу очень долго. У Паши были свои требования: ответственная, пунктуальная, воспитанная, опрятная, внимательная, умеющая вкусно готовить, без вредных привычек. Он придирался ко всему, с кандидатками был суров, без конца демонстрировал власть и гонор. Тридцать процентов претенденток даже не переступали порога их дома: если Паша сомневался хоть в одном пункте, он закрывал дверь прямо перед их носом.

У Кати требований было меньше, но они были жёстче: желательно старая, желательно страшная и уважающая её женский авторитет. Она отсеивала всех, на ком взгляд Паши задерживался больше трёх секунд. Денег у молодых людей было более чем достаточно, а вот времени совсем ни на что не хватало. Поэтому они решили найти себе помощницу с постоянным проживанием у них дома и были готовы очень хорошо ей платить.

Только вот никто им не подходил. Руки у молодых бизнесменов опускались. Им казалось, что проще сменить город, чем найти здесь настоящего профессионала. Они уже собирались покупать виллу в соседней области, когда к ним в дом постучалась госпожа Набекрень.

Паша открыл дверь и тут же был отодвинут в сторону, не успев сказать и слова. Сначала в дом вошло два чемодана размером с рояль каждый. Затем вошла сама Набекрень, которая была размером с орга́н и звучала так же громко и тяжело, как его самые басовые регистры. С женщины потоками стекала вода, так как на улице шёл ливень. На полу быстро собралось целое озеро.

Первым делом, даже не поздоровавшись, Набекрень спросила:

– Где у вас ведро?

Паша хотел было что-то возразить, но Набекрень уже достала откуда-то огромную швабру и мощными крутящими движениями, от которых, казалось, земля способна начать вращаться в другую сторону, собрала всю воду, а заодно вымыла пол во всей прихожей, не сходя с коврика.

– Ведро! – скомандовала Набекрень, и Паша, то ли испуганный, то ли загипнотизированный этим великолепным мытьём полов, тут же принёс ведро.

Женщина начала выжимать тряпку. Треск раздался такой, словно падал вековой дуб – даже соседские собаки перестали лаять, а ведро наполнилось до краёв. Затем она точно так же выжала свой плащ.

– Где я могу расположиться? – спросила женщина, глядя на Пашу.

– М-м-мы вас ещё не приняли, – немного дёргано ответил тот, и сам не заметил, как вжал голову в плечи.

– Хм. Что от меня требуется? – совершенно спокойно спросила Набекрень.

– Н-н-ну, – голос у Паши дрожал, он забыл, как нужно проводить собеседования. – Для начала ваше резюме, – наконец вспомнилось ему.

– Что вас интересует? – прогудела Набекрень.

При этом она осматривала свои новые трудовые владения, подмечая пыль под двухметровыми шкафами во всю стену и предстоящее усиление слабого межэтажного перекрытия.

Хозяин наконец справился с дрожью в голосе:

– Опыт работы, рекомендательные письма, ваше образование.

– Я воспитала восемь собственных детей. Двое из них стали подполковниками в двадцать пять лет. Трое защитили докторские по математике, физике и химии на первом курсе института. Две дочери – мастера спорта международного класса по единоборствам, а младшенькая у меня играет на тубе в оркестре. Есть рекомендательное письмо из Суворовского училища – я работала там завхозом, а в качестве подработки выпустила три курса кадетов. Десять лет вела уборку на космодромах, чистила ракеты и оттирала от нагара взлётные площадки. Про судостроение рассказывать? – Набекрень сурово поглядела на Пашу, и тот невольно сглотнул, а затем помотал головой.

– Нужно спросить у жены, – выдал он и побежал за супругой на работу прямо в тапочках под проливным дождём, не вызывая такси.

Набекрень не стала тратить время и приступила к своим обязанностям, ещё даже не узнав – каким. Первым делом она зашла в ванную комнату и забрала корзину с бельём на кухню. Там она достала из своего чемодана таз и специальную стиральную смесь, изготовленную по собственному рецепту, и начала кипятить.

– Ты просто пойми, она нам не подходит, совершенно! – наседал в такси Паша на свою жену, когда они ехали домой.

– А что же ты её не выгнал? Она сейчас что – одна в нашем доме?

– Да. Она не похожа на воровку, совсем. Но, я думаю, что лучше будет тебе её выгнать, ну, вам, женщинам, между собой проще договориться, а мне как-то неудобно, я же джентльмен, – лебезил Павел перед супругой.

По дороге они заехали в школу и забрали своего сына Платона, тихого необщительного скромника, который плохо учился, ни к чему не стремился, был ленив и ничем не замотивирован по жизни – в общем, полная противоположность своим родителям.

Когда все трое зашли в дом, их встретил запах совершенно непривычной еды, а ещё – зеркально-чистые полы.

Паша хотел было уже шагнуть на паркет, но в кухонном проёме появилось лицо Набекрень, которая одним взглядом заставила всю семью разуться и сложить свои ботинки на обувную полочку.

– Это она? – спросила шёпотом жена, когда Набекрень исчезла за дверью.

Паша молча кивнул.

– А вроде бы ничего, – поджала губы жена и зашагала на кухню.

– Добрый вечер, как я могу к вам обращаться? – поздоровалась Катя с Набекрень, которая в этот момент голыми руками сняла горячий таз с плиты и поволокла его в ванную.

– Ольга Прокофьевна. Добрый вечер, – поклонилась Набекрень.

– Ольга, – обратилась хозяйка к женщине уже в ванной, когда та начала выжимать руками бельё, источающее горячий пар.

– Прокофьевна, – поправила её Набекрень. – Фамилия – Набекрень.

– Ольга Прокофьевна, – немного раздражено, но смиренно продолжила Катя, – скажите, а вы ознакомились с нашими условиями?

– Есть условия? – подняла одну бровь Ольга Прокофьевна, и вся ванна немного исказилась вместе с ней.

– Ну да. Небольшие. Например, вы должны соблюдать наши требования, а их немало.

– Слушаю вас, – не прекращая выжимать бельё, сказала домработница.

– Например, все ваши действия должны быть согласованы с нами. Я вижу, вы самостоятельно решили постирать бельё, используя какие-то консервативные методы, у нас для этого имеется стираль…

Катя не закончила, потому что Набекрень развернула белую рубашку её мужа и начала её вывешивать на сушилку.

– Как вы это сделали? – ошарашенно смотрела на неё Катя.

– Что сделала?

– Как вы отстирали рубашку мужа от зелёнки? Я собиралась её выбрасывать – он вылил на себя целый пузырёк. В химчистке нам сказали, что пятно уже не отстирать. А рубашка очень дорогая.

– У них просто нет ракетного топлива, которое я добавляю в своё средство. К тому же при кипячении мои ингредиенты убивают абсолютно все лишние запахи, – спокойно ответила Ольга Прокофьевна и продолжила развешивать идеально чистое бельё.

– Ещё какие-то требования будут?

– Что? Требования? – находясь в лёгком ступоре, переспросила Катя. – Ах да, требования. Вы должны готовить то, что мы попросим вас. Я, например, сижу на особой авокадной диете, а мой муж очень разборчив в еде. Он ест стейки из мраморной говядины, дальневосточных крабов, только фермерскую зелень и яйца. Он не станет питаться чем попало, как и мой сын.

Тогда Ольга Прокофьевна предложила пройти на кухню. Там женщины застали Пашу, который хлебал половником щи прямо из кастрюли.

– А ну! – рявкнула Набекрень. – Чтобы я больше такого не видела! Разве можно есть из общей кастрюли?! Сядьте, я вам налью! – скомандовала она, и Паша тут же отпрыгнул от плиты и уселся за стол.

– Паша, ты чего это? – стыдливо спросила Катя, глядя на мужа, чьё лицо лоснилось от жира.

– Это какое-то зелье, я не мог оторваться! Решил попробовать ложечку и пропал. У меня память отшибло, я не мог остановиться! – оправдывался он.

– Это не зелье – это капуста, которую я сама квасила. – Сказав это, Набекрень вытащила из чемодана пять трёхлитровых банок капусты.

– Садитесь, Катенька, вы же после работы, голодная! И сына пригласите за стол, – пробасила домохозяйка.

– Валерьевна, – пропищала негромко Катя.

– Что? – повернулась к ней Ольга Прокофьевна, наливая порцию щей.

– Ничего-ничего, просто вечером я ем только авокадо.

– Авокадо так авокадо, – пожала плечами Набекрень.

Достав из холодильника зелёный плод, она прямо с косточкой нарезала его на дольки.

Затем она открыла крышку небольшой кастрюльки, и кухню быстро заполнил аромат котлет. Он был таким сильным, что Павел снова впал в транс и потянулся к еде руками, но Ольга Прокофьевна треснула по ним и велела сначала съесть щи, в которые накрошила целую гору укропа. Вместе с кастрюлей она пошла на второй этаж, к Платону.

Обычно мальчик ел только у себя в комнате. Но сегодня он пришёл ужинать на кухню, тащась, словно загипнотизированный, за домработницей с котлетами в руках. Когда мальчик зашёл, он увидел, как его родители молотят ложками щи, а их лица блестят от жира в свете ламп.

Нетронутый авокадо лежал в стороне. Ольга Прокофьевна торжественно водрузила тарелку с котлетами на стол, и всё семейство стыдливо, но с жаром набросилось на них.

После ужина Ольга Прокофьевна поставила чайник и оставила хозяев наедине, а сама пошла в комнату к их сыну, где попросила его показать ей школьный дневник.

– Слушай, ты был прав, она нам не подходит, – шептала Катя мужу, пока тот раскуривал сигару.

– Да, совершенно не подходит, – согласился он. – Давай прогоним. После завтрака.

– Почему после завтрака?

– Ну… Поздно уже, некультурно как-то.

– Да, ты прав, прав…

Набекрень тем временем читала Платону вслух роман Жюля Верна, предварительно лишив мальчика всех гаджетов. Парень слушал, сначала боясь сопротивляться, затем уже с интересом.

Когда она спустилась вниз, чтобы налить всем чаю, родители уже сидели в гостиной и разговаривали о бизнесе. Паша открыл бутылку виски и налил себе бокал, другой рукой он держал сигару, которую так и не смог раскурить.

– Вот, – поднесла ему кружку чая Ольга Прокофьевна.

– Спасибо, я перед сном пью виски – мне так проще заснуть, а то, знаете ли, бизнес, дела, бессонница, – пафосно сказал он.

– Виски? Пф-ф, я вам в чай плеснула своего бальзама, ваш виски – молозиво по сравнению с ним.

– Правда? Хм. Сомневаюсь что-то. Это – чистая Шотландия, десять тысяч за бутылку! – тряс он бокалом.

– А это – алтайские травы, я сама собирала, попробуйте. А я пока вашу сигару раскурю.

Паша умоляюще взглянул на жену, но та лишь беспомощно пожала плечами. Мужчина сделал глоток, затем второй, третий.

Ольга Прокофьевна при помощи одной спички и своих могучих лёгких раскурила сигару в один затяг, а потом пробубнила что-то про то, что это какая-то фигня – не то что были уставные в Баренцевом море.

Паша тем временем допил чай. Глаза его блестели, лицо было красным и довольным, как после бани.

– Слушайте, а можно добавки? – спросил он заплетающимся языком у Набекрень.

– Не сто́ит. Думаю, вам лучше прилечь. Да и вы, Катя, тоже отдохните после работы. Я вам уже расстелила. Завтра обсудим ваши требования. – Органный бас Набекрень звучал убаюкивающе, и оба супруга невольно зевнули.

Перед сном домработница зашла к Платону и проследила за тем, чтобы тот самостоятельно прочёл вторую главу.

Сама она легла спать в гостевой спальне на полу. Кровать с ортопедическим матрасом женщина перенесла в другую комнату, туда же был отправлен телевизор. Вместо него она бесшумно перетащила в комнату книжный шкаф и перед сном «проглотила» небольшой томик одного из классиков.

"Тяготы домохозяйства". А.Райн (часть первая)
Мне нравится42
4
Добавить в закладки
1431
4 комментария
Irina (Ирина)
2023-11-11 19:39:25
0

Очень понравилось!

mango5858 (Вера)
2023-11-11 21:16:05
0

Весело!

Tatyana
Tatyana
359
2023-11-11 23:56:50
+1

замечательно! давно такого не читала!