Личный враг

«Личный враг. Помогу преодолеть неуверенность в себе, подниму ваш социальный статус, увеличу количество друзей, подписчиков, поклонников или избавлю от оных по желанию. Быстрый результат. Работаю круглосуточно. Пенсионерам и малоимущим скидки. Предоставляю гарантию и всю отчетность для налоговой». 

Такое объявление попалось сегодня Ирине Валерьевне, когда она искала подержанный холодильник. В родном ателье популярность Ирины была как у безголового манекена. Про нее вспоминали, только когда случайно натыкались или когда была нужна жертва для шутки.

После ухода мужа к молодой продавщице сахарной ваты женщина превратилась в хамелеона и разлюбила сладкое. Она буквально растворялась в любом интерьере и обществе. В автобусе на нее часто опирались, путая с поручнем; в книжном клубе ее мнение и выбор литературы всегда браковали, называя дурным вкусом, а соседи по подъезду воровали коврики и использовали ее почтовый ящик как корзину для общего спама.

Любой шпионский отдел всё отдал бы за такого агента, но даже они не замечали эту заурядную личность.

— Алло, это Аноним Сергеевич? — Смотря кто спрашивает, — раздался в ответ прокуренный баритон. — Мне нужна помощь личного врага. Я в отчаянии… — смущенно произнесла Валерьевна и начала свой рассказ.

С каждой минутой эмоции всё больше захлестывали женщину, и вот она уже выдает факты из своей биографии, как хлебозавод куличи в пасхальную неделю. — Я вас услышал, — подал голос Аноним, когда у Ирины закончился воздух. — Помогу, не волнуйтесь. Главное, следуйте инструкции, которую я вышлю после аванса. 

Понимая, что ее впервые за долгое время кто-то слышит и готов помочь, Валерьевна так воодушевилась, что перевела Анониму всю сумму сразу по указанному номеру, и только среди ночи до нее дошло, в какую глупость она поверила…

Следующее утро ничем не отличалось от предыдущего. Соседи по привычке оставили зловонный мусорный пакет возле двери, в автобусе женщину прищемило дверью, а контролер прошел мимо, ступая прямо по носкам ее туфель и даже не проверив оплату за проезд.

Подходя к работе, Ирина мысленно смирилась с бездарной утратой денег, но как только пересекла порог родного ателье «Аннушка», поняла, что перемены все же нагрянули. — Ир, ты только не волнуйся, тут кое-что произошло. Лучше присядь, — встретила ее на пороге встревоженная коллега, которая никогда раньше даже не здоровалась. — Что случилось? — побледнела Валерьевна и от волнения присела на поломойное ведро. — Тут какой-то подозрительный тип расспрашивал про тебя. — Что расспрашивал? — дрожа, как выпускник на госэкзамене, спросила женщина. — Про твои слабые стороны, привычки, навыки и про твои связи. Ира, а что у тебя за связи такие? — коллега говорила шепотом и постоянно оглядывалась по сторонам.

Ирина Валерьевна уже собиралась рассказать про свою двухлетнюю связь с физиотерапевтом и про слабое колено, которое он ей лечит, а заодно про навык засыпать в любом положении, но тут до нее наконец дошло, что происходит. — Что ты ему рассказала? — внезапно очень строго спросила Ирина, вспомнив инструкцию Анонима Сергеевича. — Ничего… Я же совсем ничего про тебя не знаю… — Вот и хорошо, — женщина встала вместе с ведром, которое не позволяло полностью разогнуться. — Это был мой враг. — Вра-а-а-г?.. — прокатилась волна тревожного шепота по ателье, и даже в парикмахерской через стенку умолк фен. — У тебя есть враги? — Да, — задумчиво произнесла Валерьевна, снимая ведро с пятой точки, — есть. Очень серьезные. И я бы не советовала делиться с ними информацией. Кто знает, кого они выберут следующим… — она медленно обвела ателье взглядом, затем села на свое рабочее место и зачем-то начала точить иглы.

Весь коллектив наблюдал за женщиной, не в силах спокойно заниматься своей работой. Напряжение стояло такое, что, лопни поблизости воздушный шарик, могло бы случиться непоправимое. Ближе к полудню в ателье зашел клиент, протянул Ирине джинсы для штопки и конверт, сказав, что его передал какой-то странный мужчина в черном. Несмотря на уговоры перепуганных коллег не открывать, женщина резко оторвала край конверта, достала письмо и с вызовом во взгляде молча прочла его. Затем, не зная, как добавить драматизма, съела послание.

Впервые в жизни Валерьевна была в центре внимания, а не на его обочине. Слухи о ней зарождались быстрее и стремительнее гастрита в привокзальной шаурмячной. В обед девушки из ателье, как обычно, скинулись на доставку из ближайшей столовой. Валерьевна не спешила притрагиваться к еде и попросила курьера отведать ее блюдо, прежде чем приступать к трапезе. — Не отравлено, — резюмировала Ирина, когда парень прожевал. Все остальные девушки тут же накинулись на бедного посыльного и, угрожая распарывателями и ножницами, требовали отведать и их еду тоже. Шведский стол из макарон, картошки, гречки, борща, крабового салата, трех видов морса и капучино оказался чист. Изжога курьера была малой жертвой за спокойствие женского коллектива. 

— Ир, тебя точно не нужно провожать? Не боишься одна? Может, тебе такси вызвать или в полицию сообщить? — спрашивали наперебой швеи, резко ощутившие необходимость дружеского плеча и командного духа. — Справлюсь, — все так же таинственно сказала Валерьевна и ушла в закат. 

*** У входа в родной подъезд женщину окликнул плюгавенький низкорослый сосед по лестничной площадке ― тот, что оставлял пакеты с отходами. — Стойте! Минуту! — кричал впопыхах вечно потный мужчина. — Что случилось? — небрежно бросила Ирина Валерьевна через плечо. — Возле вашей двери сегодня терся какой-то странный индивид… «Страннее вас?» — хотела спросить она, но задала другой вопрос: — Чего хотел? Может, его мусор у двери привлек, ну, знаете, как енотов привлекает. — Нет-нет, какой мусор, что вы, — покраснел потный. — Понятия не имею, я через глазок наблюдал. «Каков храбрец, — подумала про себя Ирина. — А как с женой ругаться ― так все пять этажей слышат». — Это всё? — Потом он был замечен роющимся в вашем почтовом ящике. Кажется, расспрашивал у Софьи Андреевны про вас. Вы не знаете, кто это был? — заикался перепуганный до чертиков дядька. — Враги, — блеснула глазами женщина, и сосед отпрянул от нее, как от прокаженной. — И я бы не советовала вам кидать что-то постороннее в мой ящик ― мало ли, что он туда положил. Может и сдетонировать случайно, — произнося все это, женщина испытывала сильнейшее волнение и старалась не дрогнуть голосом. Важно было сохранить образ. — Да я и не думал кидать, да вы что, как вы могли подумать?.. — оправдывался мужчина. — А кто, простите, у вас враги? — Династия Гедиминовичей, — отшутилась Ирина. — Поверьте, лучше вам не знать, — закончив фразу, она исчезла в чреве подъезда, оставив ошеломленного соседа на улице.

Весь вечер под окнами Валерьевны вспыхивал и затухал огонек сигареты. Кто-то таращился из темноты на ее занавески, заставляя взволнованных соседей перешептываться. Ближе к полуночи Ирине позвонил Аноним Сергеевич и спросил, как все прошло. Получив массу благодарностей, он озвучил новую инструкцию. 

*** Через пару дней состоялся очередной слёт книжного клуба, на который Валерьевна притащила сразу три любимые книги. Участницы облепили ее еще на входе в кафе. Любительницы бульварных детективов были перевозбуждены, словно разбавили кофе Ред Буллом. — Во что ты ввязалась? Кто твой преследователь? У тебя есть алиби? Ты обращалась за помощью к констеблям? — бредни изливались нескончаемыми потоками. 

Ситуация напоминала встречу терапевта и очереди из бабок в коридоре поликлиники. Валерьевна молча прошла к столу и прежде всего заказала чай с мелиссой. Четыре пары любопытных глаз буквально пожирали женщину. Каждой из них этим утром пришло сообщение от некоего анонима, объявившего себя кровным врагом Валерьевны и предлагающего встать на его сторону в борьбе с непопулярной теткой. К слову, две из четырех участниц клуба согласились. 

Выпив чаю, Ирина Валерьевна начала свой рассказ, параллельно отвлекаясь на обсуждение любимых книг. Сегодня ее с радостью и замиранием сердца слушали все присутствующие. Валерьевна пересказывала сюжет какого-то малоизвестного нуарного детектива, который ей с вечера посоветовал глянуть Аноним Сергеевич. Женщинам так понравился пересказ, что ее пригласили на остальные слеты, проходившие в другие дни, о которых она ничего не знала. 

Впервые жизнь Ирины оторвалась от оси абсцисс и по ординате поползла вверх, переливаясь красками. Аноним Сергеевич влиял на все сферы ее жизни. Он воздействовал на автобус, который каждый день забирал женщину с остановки. Как правило, водители, пассажиры и контролеры попадались одни и те же. Вскоре все они знали и про Валерьевну, и про ее таинственного противника, уступали бедной жертве место, протягивали руку, сочувствовали и желали удачи.

На работе ее делами интересовались и приглашали обсудить чужие. Соседи перестали вести себя как поросята и проявляли осторожность. Тот, у кого есть настоящий личный враг, должно быть, очень неординарная личность — считал каждый. Одного не мог Аноним Сергеевич — вернуть мужа или хотя бы воздать ему по заслугам.

— Оденьтесь сегодня в свое лучшее платье, сделайте прическу, маникюр. Встречаемся в шесть часов в парке у фонтана, — выдал новую инструкцию «враг», когда Ирина в очередной раз вспомнила вслух о бывшем супруге. — Я больше не хочу играть в эту игру, — призналась женщина, — у меня все хорошо, спасибо вам. — Мы должны закрепить материал, иначе все зря, — ответил Аноним и сбросил вызов. 

Ирина Валерьевна не стала брать пожеванное молью платье и купила новое. Прическу и ногти ей помогли сделать подружки из книжного клуба. Женщина ничего не знала о том, как должно пройти закрепление материала, и была вся на взводе. 

В шесть часов вечера она стояла ровно на том месте, которое указал ее личный враг. В 18:05 женщина начала нервничать, потому что новых вводных не поступало, а она не любила неизвестность. А в 18:07 какой тип в небесного цвета рубашке протянул ей букет цветов и сказал, что она прекрасно выглядит. — Простите, я тут занята, — отмахнулась Ирина, даже не взглянув на букет. — Ждете, наверное, кого-то, — улыбнулся мужчина. Его голос показался Ирине ужасно знакомым, но она не могла понять, откуда знает его. Щурясь от яркого солнца, женщина разглядела незнакомца: приятной наружности человек в выглаженной одежде таинственно улыбался. — Позвольте представиться, — поклонился мужчина, — Антон Сергеевич. — Вы хотели сказать, Аноним Сергеевич? — еле сдерживая волнение, спросила Ирина. В ответ мужчина просто подмигнул. — Ну что, пойдем за сахарной ватой? — он вручил цветы Ирине и, взяв под руку, повел к автомату, где Валерьевна обронила мужа в прошлый раз. 

Бывший супруг как раз оказался там ― аноним специально провел расследование и выбрал нужный час. — Ты всю жизнь этой ватой торговать собираешься? Я вообще-то нас двоих не планирую на своем горбу тащить! — Я тебе вообще ничего не должна, старый ты козел! — донеслись до Ирины и Антона обрывки ссоры. — Овца! — Олень! — Разве по вашему плану мы не должны покрасоваться перед ними? — спросила Ирина. — А вам охота лезть в этот живой уголок? Может, лучше мороженого и на карусели? — предложил Антон Сергеевич. 

— А это всё часть вашей работы, да? — с грустью в голосе спросила Ирина, подозревая, что отныне вся ее жизнь — это лишь театральная постановка. — Нет, — улыбнулся Аноним. — У меня сегодня выходной.

Александр Райн