Рыжая кошка

— Не лезь туда! — Тамара Сергеевна схватилась за сорванную сетку, но рыжая кошка уже спускалась по мокрой стене котлована.

Снизу донёсся слабый писк. Белый котёнок с серым пятном на лбу висел на деревянной распорке. Заднюю лапу стягивала синяя упаковочная лента, другой конец зацепился за ржавый прут. Под котёнком было больше трёх метров пустоты.

До начала смены и приезда Надежды оставалось почти сорок минут. У вагончика не горел свет, ворота оставались закрытыми, а в трубке шли длинные гудки. Тамара Сергеевна опустилась на колени и позвала прораба ещё раз.

— Павел Никитич, возьмите трубку. Ваше ограждение опять снято.

Кошка прижала уши и продолжила спуск.

Месяц назад Тамара Сергеевна не знала ни Ириску, ни её котят. Она работала библиотекарем в лицее на окраине Кемерова и ходила к автобусной остановке через пустырь, где строили два жилых корпуса. Дорогу развезли самосвалы, по утрам там пахло мокрой доской и соляркой.

Рыжая кошка впервые попалась ей возле штабеля утеплителя. Она не просила еду и не тёрлась о ноги.

Просто сидела в сухой полосе под навесом и следила за бумажным пакетом в руках женщины.

— Там бутерброд. Половина моя, — сказала Тамара Сергеевна.

Кошка не шелохнулась.

Женщина отломила кусочек курицы и положила на доску. Рыжая подошла только после того, как Тамара Сергеевна отошла к тропинке. На следующий день кошка ждала там же. Через неделю позволила провести ладонью по спине.

Через несколько дней Тамара Сергеевна назвала кошку Ириской. На это слово та отвечала коротким мурчанием и каждый раз уносила часть еды в щель между фундаментными блоками.

Однажды из щели донеслось тонкое попискивание. Тамара Сергеевна включила фонарик на телефоне и увидела четырёх котят. Трое сбились возле матери, а белый с серыми ушами полз к свету, переваливаясь через обломок кирпича.

— Дымок, назад, — сказала она.

Ириска вернула его лапой к остальным.

После того утра Тамара Сергеевна стала задерживаться у навеса. Она приносила корм, меняла воду и убирала острые обрезки проволоки. Дымок первым вылезал из укрытия, лез на доски и один раз забрался в пустую трубу. Ириска вытащила его за загривок и долго не выпускала из лап.

Дома в прихожей громко тикали часы, а на сушилке с вечера стояла одна чашка. Сын жил в Томске, звонил по воскресеньям и снова предлагал переехать к нему. Тамара Сергеевна отвечала, что доработает учебный год, а там посмотрит. После звонка она раскладывала корм по пакетам на всю неделю.

Через несколько дней у навеса остановился прораб Павел Никитич. Он показал на щель носком рабочего ботинка.

— Уберите семейство до пятницы. Здесь начнётся монтаж перекрытий.

— Куда убрать?

— В приют. Домой. Это уже не моя забота.

Тамара Сергеевна наклонилась и заслонила ладонью выход из щели, чтобы Дымок не полез к ботинкам прораба.

— Котятам и месяца нет.

Павел Никитич посмотрел на часы.

— Кран из-за них стоять не будет.

Он произнёс это спокойно и ушёл к вагончику. Тамара Сергеевна посмотрела на Дымка. Тот возился с синей лентой, которую ветер вытащил из упаковки утеплителя. Женщина отобрала её и выбросила в контейнер.

В городском приюте мест не оказалось. Волонтёр Надежда согласилась разместить объявления, но попросила сначала показать котят врачу и сделать хорошие фотографии. Коллега из лицея принесла переноску. Тамара Сергеевна поставила её возле навеса, положила внутрь еду и отошла.

Ириска три дня обходила пластиковый ящик. На четвёртый вошла сама. Котята полезли следом, и Тамара Сергеевна уже подняла дверцу, когда рядом загрохотал погрузчик. Ириска метнулась наружу, двое котят выскочили за ней, переноска перевернулась.

Дымок остался внутри и бился о решётку.

Женщина поспешила открыть дверцу. Котёнок вылетел, спрятался под плитой и до вечера не подходил к ней. Ириска тоже держалась в стороне.

Тамара Сергеевна сидела на бетонном блоке, положив ладони на колени. Рядом стояла нетронутая миска. Она подняла её и посмотрела в щель под плитой.

— Поторопилась. Завтра начнём заново.

Переноску она убрала под навес и ушла, не пытаясь заманить кошку снова.

На следующий день Ириска приняла еду из её рук. Тамара Сергеевна не стала доставать переноску. Вместо этого позвонила Надежде и спросила, можно ли забрать кошачье семейство вместе с коробом, где они привыкли спать. Волонтёр объяснила, как закрыть щель доской и оставить единственный выход в большую коробку.

Через два дня Ириска перенесла котят в короб, застеленный старым пледом. Тамара Сергеевна закрыла крышку сеткой, подняла короб вместе с дворником лицея и отвезла всех в клинику.

Врач осмотрел кошку и малышей. Они оказались здоровы. Через час Тамара Сергеевна привезла короб обратно, чтобы забрать семейство домой после работы. В квартире уже стояли миски, лоток и низкая корзина.

Оставалось переждать одну смену.

В обед Тамара Сергеевна вернулась на стройку с распечатанным обращением к заказчику. Она приложила фотографии открытого прохода и потребовала временно остановить движение возле навеса, пока кошачье семейство не вывезут. Секретарь в вагончике поставила входящий номер. Павел Никитич прочитал копию и постучал ногтем по листу.

— Из-за четырёх котят вы решили написать в управление?

— Нет. Из-за открытого котлована. Котята только показали, где у вас проход.

— У меня люди выполняют график.

Он прижал смятый лист к борту вагончика и потянулся за ручкой двери.

— Тогда огородите котлован.

Он смял свою копию, но к концу дня у котлована появились тяжёлые секции. Тамара Сергеевна сфотографировала крепления и переслала Надежде. Волонтёр ответила, что утром приедет помочь с перевозкой. Женщина убрала телефон, не стала обходить котлован второй раз и пошла к остановке.

Перед уходом она заметила, что проход к котловану закрыли тяжёлыми металлическими секциями. Основания придавили бетонными блоками. Павел Никитич стоял рядом и проверял крепления.

— Теперь устроит? — спросил он.

— Если ночью не снимете.

— Не снимем. Утром приедет бетон, машина зайдёт с другой стороны.

Тамара Сергеевна дёрнула секцию рукой. Ограждение не сдвинулось. Она впервые за неделю пошла на работу без желания вернуться и проверить котят через десять минут.

После уроков она купила второй лоток и маленький мяч. Дома долго переставляла коробку у батареи, выбирая место без сквозняка. Потом села на кухне, не включив телевизор. На столе лежал зелёный шерстяной платок, который она собиралась отдать на дачу. Тамара Сергеевна сложила его вчетверо и положила в корзину.

Ночью прошёл дождь.

Утром металлические секции лежали у забора. На их месте тянулась красная сигнальная лента, привязанная к двум тонким стойкам. Один столбик уже упал. На влажной земле остались широкие следы колёс.

Короб под навесом был открыт.

Трое котят жались в глубине, Ириска металась у края котлована, а Дымок висел на распорке.

Тамара Сергеевна набрала Павла Никитича. Он ответил с третьего раза.

— Я на другой площадке. Что у вас?

— Вы сняли ограждение.

— Машину срочно перенаправили через ваш проезд. Секции вернут к началу смены.

— Котёнок сорвался.

На другом конце послышался шум двигателя. Павел Никитич переспросил адрес, хотя знал его.

— Не лезьте. Я отправлю сторожа.

Тамара Сергеевна посмотрела на запертый вагончик.

— Здесь нет сторожа.

— Тогда ждите спасателей.

Связь прервалась.

Тамара Сергеевна вызвала службу спасения и назвала адрес. Дежурная попросила отойти от края и ждать расчёт. Женщина послушалась. Она сделала пять шагов к вагончику, ещё три к воротам, затем услышала, как Дымок коротко пискнул и замолчал.

Ириска начала спускаться.

Тамара Сергеевна вернулась к яме. Сначала она попыталась лечь на живот и достать до ближайшего корня, надеясь спуститься следом. Глина ушла из-под локтя. Несколько комьев посыпались вниз, один ударил рядом с котёнком. Дымок задёргался, лента натянулась сильнее.

Женщина отползла назад. На рукаве осталась длинная мокрая полоса.

— Больше не полезу, — сказала она кошке. — От меня там только хуже.

Ириска не остановилась.

Возле штабеля лежали доски. Тамара Сергеевна выбрала самую длинную, но не смогла сдвинуть её даже на ладонь. Вторая была уже и легче. Она потащила доску к котловану, упираясь каблуками в мокрую землю. Дерево цеплялось за камни, ладони скользили.

Зелёный платок лежал в её сумке. Она собиралась постелить его в короб перед дорогой домой. Тамара Сергеевна обмотала тканью руки и снова взялась за доску.

Нижний конец удалось столкнуть в яму, но доска легла поперёк и едва не задела Ириску. Кошка прижалась к стене. Женщина отдёрнула доску и несколько секунд сидела рядом, зажав край платка зубами. Она подумала о включённом утюге, хотя утюг не доставала уже два дня.

Потом увидела бухту верёвки под навесом.

Тамара Сергеевна привязала верёвку к верхнему концу доски, а свободный обернула вокруг бетонного блока. Узел разошёлся при первой натяжке. Она переделала его, вспомнив, как муж учил закреплять гамак на даче. Второй узел выдержал.

Доска медленно опустилась вдоль стены. Нижний край лёг рядом с распоркой, верхний остался у ног женщины. Получился крутой проход, по которому кошка могла подняться.

Ириска уже добралась до котёнка. Прут под её лапами качался. Она прижала Дымка передней лапой и начала грызть синюю ленту возле петли. Котёнок дёрнулся. Деревянная распорка просела с одного края.

— Тише, — сказала Тамара Сергеевна и обеими руками потянула верёвку.

Лента не поддавалась. Ириска меняла положение, снова прижимала котёнка и бралась зубами ближе к лапе. Дымок перестал двигаться.

Со стороны ворот донёсся гул машины. Тамара Сергеевна крикнула, но грузовик остановился за закрытыми створками. Водитель не видел котлован.

Синяя лента лопнула.

Ириска взяла котёнка за загривок и шагнула на доску. Та прогнулась. Бетонный блок сдвинулся по грязи на несколько сантиметров.

Тамара Сергеевна натянула верёвку и обернула её вокруг талии. Доска поднялась выше, наклон уменьшился. Ириска сделала ещё два шага. Задняя лапа соскользнула, когти прошлись по мокрому дереву, но кошка удержалась.

До края оставался метр.

Блок снова пополз. Женщина легла грудью на землю и упёрлась ногами в основание металлической секции, брошенной у забора. Верёвка давила на бок. Платок размотался с одной ладони и свисал в яму.

Ириска поднялась ещё на полметра. Сверху осыпалась глина, доска качнулась. Кошка прижалась к ней животом и не выпустила Дымка.

Тамара Сергеевна отпустила верёвку одной рукой, подползла к краю и протянула вторую. До кошки не хватало нескольких сантиметров.

— Ещё шаг.

Ириска переставила переднюю лапу. Тамара Сергеевна ухватила её за холку, потянула вверх и сразу прижала локтем доску, чтобы та не ушла вниз. Кошка оказалась на краю, но задние лапы ещё скользили по стене.

Женщина перехватила Ириску под грудь и откатилась от ямы. Котёнок остался в зубах матери.

Несколько секунд кошка лежала на земле, часто дыша. Потом положила Дымка между передними лапами и стала облизывать ему морду. Он не вставал. Лапа распухла, но грудь поднималась.

Тамара Сергеевна сняла куртку, завернула котёнка и набрала такси до клиники. До приезда машины она вернулась к коробу, посадила внутрь остальных котят и закрепила крышку верёвкой. Ириска вошла сама.

У ворот появился Павел Никитич. Он посмотрел на брошенные секции, на доску в котловане и на мокрый платок.

— Я же сказал ждать.

— А я вчера просила не снимать ограждение.

— Бетонщик отказался заходить с другой стороны. Там разворот тесный.

Тамара Сергеевна подняла с земли упавший пластиковый столбик. Тот почти ничего не весил.

— Поэтому вы открыли проход и оставили ленту?

Павел Никитич отвёл взгляд к грузовику.

— До смены оставалось меньше часа.

Тамара Сергеевна достала телефон и показала фотографии, сделанные сразу после приезда. На первой лежали снятые секции. На второй был виден упавший столбик и следы грузовика. На третьей Дымок висел над котлованом.

— Я отправила это в городскую инспекцию и заказчику стройки. Сейчас уеду в клинику. Короб с кошкой забираю. К яме сегодня подойдут не котята.

Павел Никитич дёрнул молнию куртки и отвернулся к воротам.

Врач принял Дымка без очереди. Перелома не нашли, но лапе требовались обработка и покой. Ириске очистили подушечки и укоротили сломанный коготь. Пока котёнка уносили на снимок, кошка сидела у двери кабинета и не притронулась к воде.

Тамара Сергеевна позвонила в лицей, потом сыну.

— Серёжа, я сегодня не выйду на работу.

— Давление?

— Кошка вытащила котёнка из котлована. Остальных я тоже забираю.

Сын помолчал. В трубке щёлкнула клавиатура.

— Тебе привезти большую переноску?

Тамара Сергеевна посмотрела на Ириску, сидевшую у двери рентгеновского кабинета.

— Лучше шуруповёрт. Надо закрепить сетку на балконе.

К вечеру Дымок уже пил воду из шприца и пытался вытащить лапу из мягкой повязки. Тамара Сергеевна отвезла семейство домой. Ириска обошла комнаты, проверила пространство под диваном и вернулась к коробу. Трое котят полезли в корзину, где лежал зелёный платок.

Дымка оставили у врача до утра.

На следующий день городская инспекция закрыла проезд возле котлована до установки постоянного ограждения. Заказчик стройки прислал Тамаре Сергеевне копию акта. Павла Никитича отстранили от работ на этом участке до внутренней проверки. Он позвонил вечером и начал говорить о сорванном графике, но женщина прервала его.

— Фото у вас есть. А объяснения пишите заказчику.

Она убрала телефон и поехала за Дымком.

Через три недели рыжего котёнка взяла учительница начальных классов. Полосатого забрал школьный сторож, чёрную кошечку — мать шестиклассника. Каждая семья сначала приезжала к Тамаре Сергеевне домой, сидела на полу рядом с коробом и ждала, пока котёнок сам подойдёт.

Дымок остался у неё. Он уже наступал на пострадавшую лапу, но больше не лез на подоконник без Ириски. Кошка держалась рядом и каждый раз перегораживала ему путь, когда он тянулся к открытой форточке.

В воскресенье Тамара Сергеевна вместе с сыном закрепила сетку на балконе, а потом они собрали высокий кошачий домик. Тамара Сергеевна поставила рядом корзину. Зелёный платок после стирки стал короче и потерял форму.

Ночью Дымок выбрался из домика, прихромал к корзине и улёгся на платок. Ириска легла рядом, прижала его лапой и закрыла глаза.

Рассказы о животных от старого ветеринара